Берлинская стена: когда история вышла из берегов

berlin_wall_trabant_grafitti.jpgВ эти дни отмечается 20-я годовщина падения Берлинской стены – исторического события, за которым последовала череда “бархатных революций” в Европе и объединение Германии. СМИ пишут о ключевой роли Михаила Горбачева, о жестком противодействии Маргарет Тэтчер, а также о стереотипах, оставшихся у западных немцев по отношению к соседям из бывшей ГДР.

Демократическими переменами 1989 года Восточная Европа обязана “впечатляющей революции”, которая была инициирована Михаилом Горбачевым и вошла в историю под названием “перестройка”, пишет на страницах The Financial Times бывший британский посол в Москве Родрик Брейтуэйт. В июне 1989 года польская “Солидарность” добилась победы на выборах, чем спровоцировала движение за перемены по всей Восточной Европе, однако “пример был подан” мартовскими выборами в СССР, подчеркивает автор.

Горбачева часто критикуют – как на Западе (за то, что не предпринял более решительных действий), так и в России, где многие считают его “предателем, развалившим великую державу”. Однако, если России удастся в конце концов “преодолеть свои фобии”, историки будущего дадут Горбачеву более благосклонную оценку, убежден Брейтуэйт: “Если бы не он, падение коммунизма в Европе могло бы оказаться куда более кровавым и длительным делом”.

После падения Берлинской стены на повестку дня встал вопрос об объединении двух Германий, пишет Даниель Верне в Le Monde. Он взял интервью у Михаила Горбачева.

Бывшего советского президента переполняют противоречивые чувства, отмечает журналист: гордость за то, что он был инициатором реформ, всколыхнувших Европу, и сожаление по поводу распада СССР. Он до сих пор уверен, что можно было совместить две противоречившие друг другу цели: восстановление суверенитета народов и сохранение Советского Союза.

В июне 1989 года глава СССР посетил с официальным визитом ФРГ, и они с канцлером Гельмутом Колем пришли к мнению, что объединение Германий должно произойти, но не в краткосрочной перспективе. Вероятнее всего, предполагали Горбачев и Коль, эта проблема должна решиться в XXI веке. Президент Франции Франсуа Миттеран, со своей стороны, выступал за некую конфедерацию, опирающуюся на два столпа: Европейское сообщество на Западе и реформированную в результате перестройки Восточную Европу.

“Каждый из нас по-своему пытался предсказать ход истории. Но все мы ошибались, – отмечает Горбачев: – история взорвалась”. 9 ноября пала Берлинская стена, пошел неконтролируемый процесс. Уже тогда следовало начать строительство общего европейского дома, говорит Горбачев, однако в Западной Европе и в США интерпретировали происходящие события как крушение коммунизма и поражение России в холодной войне. Подобная ошибочная позиция привела к нарушению начавшегося процесса, считает он, и потребовалось много времени, чтобы выйти из создавшегося хаоса. Но 1989 год заложил основы для всех последующих событий, подчеркивает Горбачев.

Франция обнародовала секретные архивы, относящиеся к моменту падения Берлинской стены: они свидетельствуют, что Маргарет Тэтчер была “одержимым” и “жестким” лидером, выступавшим против объединения Германии, пишет британская The Times.

Конфиденциальные записи, сделанные французскими дипломатами в Лондоне, выявляют опасения леди Тэтчер по поводу объединения Германии и проливают свет на ее предложение объединить силы с Россией, чтобы противостоять угрозе.

“Коль способен на все”, – приводит тогдашний посол Франции в Великобритании слова Тэтчер, произнесенные во время обеда с французскими бизнесменами 13 марта 1990 года. “Он стал другим человеком, он больше не знает себя, возомнил себя хозяином и начинает действовать в таком духе. Надо видеть, как он ведет себя с Горбачевым”, – заявила Тэтчер. “1990-е начинаются с эйфории, а рискуют закончиться катастрофой”, – добавила она.

В связи с памятной датой немецкая газета Handelsblatt публикует материал “Стена пала – пелена осталась”. Томас Ханке сетует, что в сознании немцев объединение стало частью “мемориальной” культуры, не превратившись при этом в общую историю успеха, и продолжают жить укрепившиеся вскоре после объединения клише. К счастью, мало кто хочет разделиться опять, пишет он, но своего рода пелена осталась.

В качестве примера автор приводит стереотипные представления, что в восточных землях экономика находится в жалком состоянии, что с 1989 года жители ГДР устремились на запад, а женщины на территории бывшей ГДР имеют меньше шансов реализоваться в профессии. Но все не так однозначно: разница в уровне доходов между востоком и западом приближается к колебаниям уровня благосостояния внутри “старых” земель ФРГ, квалифицированные специалисты не торопятся покидать родные места, и, согласно статистике, на территории бывшей ГДР женщины чаще являются основными “добытчиками” в семье, чем на западе страны (40 и 32% соответственно). В заключение Ханке рекомендует западным немцам по-новому взглянуть на соседей-соотечественников.

В статье, опубликованной в Der Tagesspiegel, Петер фон Бекер останавливается на последних страницах жизни лидера Восточной Германии Эриха Хонеккера. История болезни и смерти Хонеккера удивительным образом совпала с крахом ГДР.

Примечательным это совпадение автор публикации находит потому, что диктатура СЕПГ, как и советская система, базировалась в основном на одном человека. Хонеккер, который в июне 1989 года предрекал, что “стена простоит еще 50-100 лет”, пропал из поля зрения общественности до сентября 1989. “В период накалявшейся социальной напряженности и потока граждан ГДР, бежавших в посольства ФРГ в Будапеште и Праге, мир задавался вопросом: почему бездействует власть, где Хонеккер?”

Как пишет автор статьи, когда до него дошли слухи, что у Хонеккера рак, еще не ведая о скором падении стены, он подумал: “Нездоровая система с обреченным на смерть лидером означает конец ГДР”.

В канун праздничных мероприятий итальянский корреспондент побеседовал с бундес-канцлером Ангелой Меркель: она призналась, что в момент падения Берлинской стены была в сауне, пишет Corriere della Sera. Гражданка ГДР, Запад Ангела видела только по телевизору, и он ей не нравился. “Я часто смотрела западные детективы, и частично мнение о Западе сложилось на основе этих фильмов”, – рассказала она, добавив, что комфортнее чувствовала себя в Будапеште или Москве.
9 ноября 1989 года все изменилось, и через 20 лет эта дама – лидер ведущей европейской страны. В ближайший понедельник она будет принимать в Берлине глав государств и правительств половины мира, напоминает журналист.

Обзор прессы | Inopressa.ru


January 2018
M T W T F S S
« Apr    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Архив статей